Очередь в стоматологию тянулась, как жила. Антон сидел на жёстком стуле, прижимая ладонь к щеке, и ненавидел себя за то, что запустил зуб до такого состояния. Боль пульсировала тупо и мерно, будто внутри челюсти кто-то методично заколачивал гвоздь. Когда наконец распахнулась дверь кабинета и медсестра назвала его фамилию, он поднялся с таким облегчением, словно ему уже стало легче.
Врач оказалась невысокой, сухощавой женщиной с тёмными, коротко стриженными волосами и внимательными серыми глазами. Не красавица, нет. Резковатые скулы, тонкие губы без помады, руки маленькие, но цепкие. Халат сидел на ней мешковато.
— Ну, показывайте, что у вас там, — сказала она, даже не улыбнувшись.
Ирина Николаевна работала быстро. Антон не успел как следует испугаться, а она уже закончила осмотр.
— Придёте послезавтра. Будем лечить каналы.
Он пришёл снова. Потом ещё раз. Лечение затянулось почти на месяц. Постепенно они разговорились. Она узнала, где он работает, с кем живёт, есть ли девушка.
Антон отвечал без задней мысли. Девушки не было. Родители жили в другом городе. Он снимал комнату неподалёку от завода, где работал наладчиком.
✦ ✦ ✦
Антон возвращался после работы и увидел Ирину Николаевну возле вокзала. Она стояла на платформе с большой хозяйственной сумкой.
— Ирина Николаевна?
Женщина вздрогнула.
— Антон? Вот уж не ожидала.
— Далеко собрались?
— В деревню.
— На дачу?
— Нет. К бабушке.
Она улыбнулась.
— Ей восемьдесят лет. Одна живёт. Навещаю.
Подошла электричка.
Ирина поднялась в вагон, а перед тем как двери закрылись, неожиданно сказала:
— В четверг приходите. Посмотрю ваш зуб.
— Так вы же сказали, всё закончили.
Женщина опять улыбнулась.
— Всё равно приходите.
✦ ✦ ✦
В деревню Сосновку электричка шла полтора часа. Ирина ездила туда каждые выходные, иногда чаще. Деревня стояла в стороне от станции, и от платформы нужно было идти ещё три километра по грунтовой дороге, мимо заброшенного коровника и через берёзовую рощу, которая даже летом казалась сумрачной.
Бабка Зинаида Петровна доживала девятый десяток. Изба её стояла на самом краю деревни, у оврага, и местные обходили её стороной. Не то чтобы боялись, но и связываться не хотели. Бабка лечила скотину, снимала сглаз, правила грыжу заговорами. Все знали, что она и другое умеет, только об этом вслух не говорили.
Ирина приехала в пятницу вечером. Бабка сидела у печи, хотя на дворе стоял июль. Мёрзла старуха, даже летом мёрзла.
— Опять? — спросила бабка, не оборачиваясь. Она всегда знала, зачем внучка приезжает. По шагам слышала, по тому, как дверь открывала.
— Бабушка, — Ирина села на лавку и сцепила пальцы. — Там парень один. Пациент. Молоденький совсем.
— Молоденький, — повторила бабка и покачала головой. — Ирка, сколько можно? Я тебе за последние три года скольких приворожила? Четверых? Пятерых? И что? Поиграешь месяц-другой, а потом — «бабушка, сними, надоел». Ты как кошка с мышами.
Так и было. Сначала ей понравился женатый хирург. Через месяц хирург ушёл от жены. Через полгода Ирина от него устала. Вторым был заведующий отделением. Третьим — сосед. Четвёртым — мужчина, которого она встретила в гостях у подруги.
Петровна каждый раз ворчала.
— Иришка, мужики — не куклы. Нельзя человека туда-сюда таскать.
Ирина смеялась. Последний мужчина надоел ей меньше чем за месяц. После этого Петровна сказала:
— Всё. Больше не проси.
— Почему?
— Потому что ты сама не знаешь, чего хочешь.
— Узнаю — попрошу.
— Вот когда узнаешь, тогда и поговорим.
Ирина узнала.
— В этот раз по-другому, — сказала она. Я замуж за него хочу.
Бабка обернулась. Долго смотрела на внучку. Глаза у неё были такие же серые, как у Ирины, только выцветшие, будто их много лет полоскало дождём.
— Замуж, — проговорила она. — Сколько ему?
— Двадцать четыре.
— А тебе сорок один. Ирка, побойся бога.
— Я не бога боюсь. Я боюсь одна остаться.
Бабка помолчала. Встала, подошла к сундуку в углу, долго в нём рылась. Достала тряпицу, развернула. Внутри лежал пучок сухой травы, бурой и ломкой.
— Последний раз, — ворчала бабка. — Слышишь? Последний. Больше не проси. Это не игрушки. Каждый раз, когда приворот ложится, он кусок от тебя отгрызает. И от него тоже. Вы оба потом не те люди, что были. Понимаешь ты это?
— Понимаю, — сказала Ирина.
— Ладно, как его зовут?
🤞 Продолжение следует.
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
