Когда у человека к тридцати четырём годам есть три ресторана, строительная компания, квартира с видом на Москву-реку и привычка получать желаемое после второго телефонного звонка, у него постепенно портится одна очень важная способность — способность слышать слово «нет».
У Артёма Воронцова она испортилась окончательно. Он привык думать, что мир устроен просто: если чего-то очень хочешь и у тебя есть связи, это что-то рано или поздно оказывается у тебя в руках. Поэтому, когда певица Лика Светлова сказала ему «нет», он сначала даже не понял, что произошло.
Разговор происходил в её гримёрке, куда вход простым смертным был закрыт. Но охранник, огромный, как платяной шкаф, получил звонок от кого-то очень важного, посмотрел на Артёма Воронцова и отступил.
Лика сидела перед большим зеркалом и снимала накладные ресницы. Вокруг зеркала горели лампочки, пахло пудрой, духами и свежими розами. Вообще-то настоящее имя Лики было Люба Пескова, но об этом знали только паспортный стол и мама в Саратове.
Артём стоял возле двери в идеально сидящем костюме и улыбался той улыбкой, которой обычно подписывались миллионные контракты.
— Возможно, вы меня неправильно поняли… — начал он.
Лика рассмеялась. Она действительно была хороша. Та самая женщина, которую в журналах называли то «главной блондинкой страны», то «голосом поколения», то ещё какой-нибудь ерундой, которую придумывают журналисты, когда фотографии уже готовы, а заголовка всё нет.
— Я прекрасно вас поняла, — сказала она. — Вы приглашаете меня поужинать.
— Именно.
— А я отказываюсь.
Артём посмотрел на неё внимательнее.
— Сегодня? Ну тогда, может, завтра?
— Вообще.
Вот это уже было интереснее. Он даже улыбнулся.
— Почему?
Лика пожала плечами.
— Сегодня у меня съёмки. Завтра тоже. И вообще, я не ужинаю с людьми, которых вижу впервые.
— Тогда увидимся ещё раз, и я перестану быть впервые.
— Не хочу.
И повернулась к зеркалу. Разговор был окончен. Для неё, но не для Артёма.
✦ ✦ ✦
Артём не привык проигрывать, поэтому следующие два месяца превратились в осаду.
Он присылал корзины белых орхидей, которые Лика передаривала уборщицам. Он бронировал лучшие столики в лучших ресторанах Москвы, и каждый раз ассистентка Лёля звонила за час и вежливо сообщала, что у Лики Игоревны «внезапно разболелась голова». Он купил ей браслет с сапфирами, и браслет вернулся с курьером и запиской: «Не мой цвет».
Однажды он пробился к ней на благотворительный вечер и сумел поговорить целых три минуты.
— Лика, чего вы хотите? Я могу дать вам всё.
— Все так говорят, — пожала она плечами. — А потом оказывается, что «всё» — это квартира в Химках и поездка в Турцию.
— У меня нет квартиры в Химках.
— Вот видите, вам даже предложить нечего, — сказала она и уплыла к какому-то продюсеру с бородой.
Артём впервые в жизни не спал по ночам. Он злился, он был уязвлён, и он совершенно не понимал, что делать с женщиной, которой ничего от него не нужно.
✦ ✦ ✦
После премьеры её нового клипа Артём «случайно оказался» за соседним столиком в ресторане.
— Это уже становится смешно, — сказала Лика.
— Я надеялся, что романтично.
— Нет. Пока смешно.
— Значит, шанс всё-таки есть?
Она посмотрела на него поверх бокала.
— Вам часто отказывают?
— Практически никогда.
— Я заметила.
Она поднялась.
— Вот поэтому вам и полезно.
И ушла. На этот раз Артём не улыбался. Дело было уже не только в Лике. Дело было в принципе. Она сказала ему «нет». Причём не просто сказала — она не заметила ни ресторанов, ни машины, ни часов, ни его известной фамилии, ни людей, которым он мог позвонить.
✦ ✦ ✦
А потом Артём обнаружил, что думает о ней утром, днём и вечером, и никакой принцип тут уже ни при чём. Чем холоднее становилась Лика, тем прекраснее она ему казалась. Как ни странно, он был по-настоящему влюблён.
Однажды его друг Лёша не выдержал:
— Тёма, да оставь ты девчонку в покое!
— Почему?
— Потому что ты ей не нравишься.
Артём посмотрел на него с искренним удивлением.
— Всё равно будет моей!
Лёша долго молчал, словно сомневался, говорить или нет, но потом произнёс:
— Знаешь, есть одна бабка под Тверью. К ней, говорят, жёны депутатов ездят. И один футболист. Он потом три сезона ни одного пенальти не промазал.
И рассказал историю о человеке, которому эта ведьма «привязала» любовницу.
— Чушь, — сказал Артём.
— Конечно, чушь.
— А где она живёт? Адрес можешь узнать?
✦ ✦ ✦
Деревня называлась Глухие Выселки, и название ей шло. Дорога кончилась задолго до деревни, дальше пришлось идти пешком по грязи, которая жадно хватала за итальянские ботинки. Дом ведьмы стоял на отшибе: покосившийся, тёмный, с резными наличниками и огромным чёрным котом на крыльце. Котяра посмотрел на Артёма так же, как смотрела Лика, — как на досадное недоразумение.
На двери висел колокольчик. Артём позвонил. Из дома крикнули:
— Не заперто!
Внутри пахло сушёной мятой, воском и почему-то пирогами с капустой. Артём ожидал увидеть старуху в чёрном платке, с бородавкой на крючковатом носу, черепа, свечи и сушёных жаб. Вместо этого за кухонным столом сидела худенькая миловидная женщина в шерстяной кофте и чистила картошку. Сколько ей лет, понять было невозможно: то ли шестьдесят, то ли все восемьдесят. Глаза у неё были тёмные и очень внимательные. Звали её Варвара Петровна.
— Проходи, раз пришёл, — сказала она. — Ботинки-то не снимай, у меня не музей.
— Здравствуйте. Мне сказали, вы можете…
— Знаю, что тебе сказали. За приворотом пришёл?
Ведьма бросила картофелину в кастрюлю.
— Откуда вы знаете?
— Оттуда. Ты, милок, не первый такой. Раз в год обязательно приезжает кто-нибудь в дорогом пальто и просит, чтобы его полюбили. Ну, рассказывай. Любит она другого?
— Никого она не любит.
— Замужем?
— Нет.
— Ты ей противен?
— Почему сразу противен?
— Тогда чего пришёл?
Артём помолчал.
— Не хочет она быть со мной.
Кот, успевший перебраться с крыльца на подоконник, фыркнул. Артём мог поклясться, что фыркнул он насмешливо. Ведьма снова взялась за картошку.
— Значит, всё правильно устроено. Не хочет — не будет.
— Я хочу, чтобы захотела. Чтобы она меня любила.
Нож остановился.
— Любила или была при тебе?
— А есть разница?
Варвара Петровна отложила нож и посмотрела на него долго, так долго, что у Артёма зачесалась спина.
— Есть, — сказала она наконец. — Любовь, милок, как птица. Её можно подманить, можно приручить, если терпения хватит. А приворот — это клетка. Птица в клетке тоже при тебе. Только петь она будет одну песню, и слушать её тебе придётся до самой смерти.
— Я согласен.
— Ты не понял. Привороженный человек себе не принадлежит. У него вся жизнь в одну точку сходится — в тебя. Работа, друзья, радости — всё побоку. Ты станешь для неё и солнцем, и воздухом, и обедом, и ужином. А это, скажу я тебе, тяжкая должность. Мало кто выдерживает.
— Я выдержу.
— Любовь — это когда человек идёт к тебе своими ногами. А приворот — когда его тащат к тебе за невидимую верёвку. Снаружи похоже. Внутри — совсем другое. Не возьмусь.
— Философию я могу и в интернете почитать.
— Можешь. Вот и читай.
Артём сел на лавку, не дожидаясь приглашения.
— Ну пожалуйста! Не могу я без неё, жизнь не мила!
Он достал конверт и положил на стол. Ведьма посмотрела на конверт. Потом на него.
— Убери.
Артём назвал сумму. Варвара Петровна вздохнула. Он надбавил. Потом ещё. И ещё. Наконец ведьма согласилась. Почему — он так и не понял. Может быть, деньги всё-таки сыграли свою роль. А может быть, старуха просто решила дать человеку то, чего он так настойчиво просил.
Иногда это самое страшное наказание.
🤞 Продолжение следует.
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
