⏮️ Предыдущие части рассказа читать здесь:
Каждое утро перед работой Ольга приезжала к клинику, проведать котов. Марсель всё это время продолжал жить там.
Дмитрий Сергеевич несколько раз предлагал отвезти его домой, но кот отказывался заходить в переноску. Он ел возле Персика, спал рядом и уходил только в соседнюю комнату, где стоял лоток.
Когда Персику стало лучше, его переложили на мягкую подстилку. Марсель тут же лёг рядом и обнял его передней лапой.
— Никогда такого не видел, — признался Дмитрий Сергеевич.
— Они всегда так спали.
— Кошки обычно более самостоятельны.
— Эти не обычные, разве вы не видите?
— Уже вижу.
Через неделю дней Персика перевезли домой. Задние лапы ещё не слушались, он тащил их за собой, подтягиваясь на передних. Но аппетит вернулся, и когда Ольга поставила перед ним миску, он ел жадно и долго, а Марселька сидел рядом и ждал, как ждал всегда.
Дмитрий Сергеевич приезжал через день. Делал осмотр, менял повязки, колол антибиотики. Ольга заваривала чай. Потом стала варить кофе. Потом однажды испекла пирог с яблоками, и доктор ел его, сидя в её маленькой кухне, потому что за столом места не было — на столе спали коты, оба, на самой середине, раскинув лапы, и сдвинуть их не поднималась рука.
— У вас вкусный пирог, — сказал Дмитрий Сергеевич.
— У вас крошки в усах, — ответила Ольга.
Они засмеялись одновременно, и в этом смехе, коротком и лёгком, было что-то, от чего обоим стало немного неловко и немного хорошо.
Они проговорили до полуночи. Он рассказал, что рос в маленьком посёлке, где его отец лечил коров, лошадей и всё живое, что приносили соседи. Что в детстве Дмитрий мечтал стать хирургом и оперировать людей, но однажды отец спас его собаку, попавшую под трактор.
— Тогда я понял, что животным тоже нужны врачи, — сказал он. — Только они не могут объяснить, где болит. Приходится учиться слышать молчание.
— У вас дома есть кто-нибудь? — спросила Ольга.
— Есть.
Она зачем-то сразу посмотрела на его руки. Кольца не было.
— Кот, — пояснил доктор. — Семён Петрович. Огромный, наглый и убеждённый, что квартира принадлежит ему.
— А почему Петрович?
— Потому что просто Семёном он быть отказывается.
— И как вы это поняли?
— По выражению морды.
Ольга рассмеялась.
Если я ухожу надолго, он ест мои тапки от тоски. Я уже три пары выбросил с тех пор, как стал к вам ездить. Доктор посмотрел на неё так внимательно, что она смутилась и стала поправлять чашки. После этого он стал приезжать каждый вечер.
Иногда действительно делал Персику укол. Иногда только осматривал лапу. Потом уколы отменили, раны зажили, а доктор всё равно продолжал звонить:
— Как пациент?
— Сегодня сам добрался до кухни.
— Это серьёзное достижение. Придётся проверить.
— Обязательно?
— Врачебный долг.
Он приезжал с курицей, творогом или новой игрушкой. Однажды привёз небольшой пандус, чтобы коту было легче забираться на диван.
— Вы сами сделали? — удивилась Ольга.
— Ничего сложного.
— Он красивый.
— Это просто доска, обтянутая ковролином.
— Всё равно красивый.
На кухне давно появилась отдельная чашка для доктора — тёмно-синяя, с маленькой трещинкой возле ручки. Ольга несколько раз хотела выбросить её, но почему-то не выбрасывала.
✦ ✦ ✦
Персик учился ходить заново. Сначала подтягивал задние лапы и сердито кусал пелёнку. Потом стал вставать, опираясь на Марселя. Чёрно-белый друг подставлял ему бок и медленно двигался рядом, словно понимал, что больному нельзя торопиться.
В первый раз Персик сделал три самостоятельных шага. Ольга сидела на полу и протягивала к нему руки.
— Давай, мой хороший. Ещё немножко.
Кот переставил одну лапу. Потом вторую. Покачнулся. Марсель стоял рядом.
— Иди ко мне, Персик.
Рыжий кот сделал последний шаг и упал ей на колени. Ольга прижала его к себе и заплакала.
— Ты смог. Господи, ты смог…
В дверях стоял Дмитрий. Он приехал незаметно и не стал мешать. Ольга подняла голову.
— Видели?
— Видел.
— Он ходит!
— Я говорил, что шанс есть.
Она рассмеялась сквозь слёзы. Дмитрий присел рядом и погладил Персика. И вдруг кот, который прежде позволял врачу касаться себя только во время процедур, положил голову ему на ладонь.
— Кажется, вас приняли в семью, — сказала Ольга. — Осталось пройти проверку Марселя.
Марсель подошёл, понюхал руку Дмитрия и боднул её лбом.
— Проверка пройдена, — объявила Ольга.
Но потом Дмитрий Сергеевич перестал приезжать. Сначала пропустил один вечер. Потом второй. Он звонил, спрашивал о Персике, говорил, что в клинике много работы. Ольга отвечала, что всё хорошо, и старалась не показать разочарования.
На четвёртый день он не позвонил. Ольга ходила по квартире и злилась на себя. Она была взрослой женщиной. Ей сорок два года. Она прекрасно знала, что внимательность врача ещё не означает ничего личного. Он спасал кота. Он выполнял работу. Может быть, заезжал из чувства ответственности.
Но вечером кто-то позвонил в дверь. На пороге стоял Дмитрий. В одной руке он держал переноску, в другой — букет жёлтых хризантем.
— Здравствуйте, — сказал он.
— Здравствуйте.
— Простите, что пропал. У нас была сложная операция. Потом дежурство. Потом ещё одно.
— Вы не обязаны отчитываться.
— Я знаю. Но хочу.
Из переноски донеслось возмущённое ворчание.
— Это кто?
— Семён Петрович.
— Зачем вы его привезли?
— Познакомить.
Ольга посмотрела на цветы.
— А это тоже Семёну Петровичу?
— Нет. Это вам.
— Зачем?
Доктор глубоко вдохнул.
— Ольга, я умею собирать раздробленные кости, удалять опухоли и ставить капельницы котам, которые категорически против. Но я совершенно не умею говорить с женщинами.
— Я заметила.
— Поэтому скажу, как получится. Мне не обязательно было ездить сюда каждый вечер. Я мог научить вас делать уколы. Мог звонить через администратора.
— Но вы приезжали.
— Да.
— Из-за Персика?
— Сначала — из-за него.
— А потом?
Дмитрий посмотрел ей в глаза.
— Потом из-за вас.
В переноске снова заворчали.
— Семён Петрович считает, что вы затянули речь, — сказала Ольга.
— Он всегда меня критикует.
— Выпускайте уже своего критика.
Семён Петрович оказался огромным дымчато-серым котом с белыми лапами и таким важным выражением морды, будто действительно имел отчество, собственный кабинет и право увольнять людей.
Персик и Марсель встретили его в коридоре. Три кота долго смотрели друг на друга.
— Сейчас будет драка, — предупредил Дмитрий.
Семён Петрович подошёл к Персику, осторожно обнюхал его больную лапу, потом повернулся и лёг рядом.
Марсель устроился с другой стороны.
— Что это значит? — спросил доктор.
— Семья, — ответила Ольга. — Наверное.
Она взяла цветы и отступила, освобождая проход.
— Заходите. Чай будете?
— Буду.
— Ваша чашка в шкафу.
— У меня есть чашка?
— Не обольщайтесь. Она с трещиной.
🤞 Продолжение следует.
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
