⏮️ Предыдущие части исторической повести читать здесь:
Построй ему место
От автора. Эта повесть — не вымысел. Екатерина, чья история легла в её основу, спросила меня, не держит ли её какая-то давняя клятва и почему мужчины, которые её любят, один за другим теряют силы. Просмотр по Хроникам Акаши вывел меня на три тысячи лет назад, в Иерусалим царя Соломона.
В восьмой части аммонитянка Наама, жена царя Соломона, впервые в Иерусалиме принесла кровавую жертву богу своих отцов Милхому, которого на ночных обрядах у огня зовут Молохом: Бог Израиля только что пригрозил Соломону карой за служение иным богам, и Наама решила, что теперь её бог должен показать свою силу. Царь узнал о жертве и ночью пришёл к ней, и Наама прямо сказала, что нарушила клятву, данную на свадьбе. Он не наказал её, не тронул камней в саду, у которых горел огонь, и по-прежнему приходил к ней по вечерам.
Слух о царице Савской обогнал её караван почти на месяц. Её страна, Сава, лежала далеко на юге, за аравийскими пустынями, там, где растут деревья, из смолы которых делают ладан и мирру. Правила этой страной женщина, над которой не было ни мужа, ни отца. Наслушавшись от купцов о мудрости иерусалимского царя, она решила испытать его сама и пришла с загадками.
Караван втягивался в город полдня. Верблюды шли по узким улицам нижнего города медленно и надменно, задевая тюками навесы лавок, а погонщики в белых повязках покрикивали на них на своём гортанном языке. Водоносы забыли про воду, менялы про весы, мальчишки облепили городскую стену.
Две старухи у источника до хрипоты спорили, открыто ли у чужеземной царицы лицо, и разошлись довольные: каждая видела то, что хотела. Благовоний в тюках было столько, что город потом неделю пах храмовой курильницей, и хозяйки ворчали, что даже хлеб отдаёт ладаном.
✦ ✦ ✦
Царь принимал гостью в большом зале дворца, где обычно судил. Женщин царского дома поставили на галерее за резной кедровой решёткой. Наама стояла у самой решётки рядом с египетской царевной, дочерью фараона, которая разглядывала золотые браслеты гостьи и, судя по лицу, находила их грубоватыми.
Царица Савская оказалась невысокой и смуглой, с низким голосом. Говорила она неторопливо, через толмача, сухого человека с серьгой в ухе, и загадки её были длинные, с подвохом в конце. Толмач переводил старательно, но на одной загадке запнулся, подбирая слово, и Соломон ответил гостье раньше, чем он это слово нашёл, — на её собственном языке. Царица засмеялась, и дальше они говорили без толмача, а тот так и остался стоять между ними, не зная, куда деть руки.
Наама смотрела на мужа сквозь решётку. Он сидел прямо, отвечал быстро и весело и не переспрашивал, как бы длинно и путано ни был задан вопрос. Седина в бороде вдруг перестала его старить. Таким Наама помнила его в молодости, когда он ночами пересказывал ей споры с советниками и наутро повторял их доводы слово в слово, и сердце у неё стучало так, словно это она сама отвечала чужой царице.
В тот вечер он пришёл к ней поздно и весёлый, сел на своё место и до полуночи пересказывал загадки гостьи и её смех. Особенно смешил его толмач, оставшийся без дела, и Соломон показывал его в лицах и сам смеялся первым. Уснул он только под утро, на полуслове, и Наама долго лежала рядом, слушая его ровное дыхание.
Гостья пробыла в Иерусалиме долго и перед отъездом сказала Соломону при всём дворе:
— Верно то, что я слышала в земле своей о делах твоих и о мудрости твоей. Но я не верила словам, доколе не пришла и не увидели глаза мои. И вот, мне не рассказали и половины того, что я увидела. Да будет благословен Господь Бог твой.
Наама слушала это с галереи. Чужая царица, у которой в Саве свои боги, благословила Бога Израиля при всём дворе, увезёт домой царские подарки и останется при своих богах, и никто в Саве с неё за это не спросит. А бог Наамы стоял под старой смоковницей в дальнем углу сада, и царь, приходя по вечерам к его жрице, садился спиной к саду.
✦ ✦ ✦
И после её отъезда слава Соломона только росла.
Царь сделал себе престол из слоновой кости, обложенный чистым золотом. К нему поднимались по ступеням мимо золотых львов, стоявших по обе стороны каждой ступени, и просители, впервые видевшие этот престол, шли к царю всё медленнее. В доме Ливанского леса, большом зале на кедровых столбах, развесили по стенам золотые щиты, большие и малые. Абда, служанка Наамы, которую однажды послали туда с поручением, вернулась, щурясь, и до вечера рассказывала на кухне, что стены там горят на солнце так, что слезятся глаза.
Царские корабли, ходившие в дальние моря вместе с кораблями Тира, приморского города на севере, возвращались через годы и привозили золото, серебро, слоновую кость, обезьян и павлинов. Серебро в Иерусалиме стало цениться не дороже простых камней, о чём менялы говорили с искренней печалью.
Обезьяны в первую же неделю обобрали смоковницы на женской половине, а павлины облюбовали кровли и кричали по ночам так, что просыпались младенцы. Шуа, старая кормилица Наамы, объявила павлина птицей глупой и злой, а сама кормила одного, самого облезлого, крошками с ладони и звала его по-аммонитски.
Прибавлялось и жён. Их привозили из соседних царств, из-за реки Иордан и с морского берега, вместе с договорами, приданым и свитой. Были среди них и аммонитянки, девочки из Раввы, родного города Наамы, и кланялись ей низко, как старшей. Евнух женской половины, состарившийся ещё при Давиде, отце Соломона, путал новых жён по именам и звал всех подряд «госпожа», чтобы не ошибиться.
Над этим богатым, шумным, пропахшим ладаном городом белел на горе Храм, и каждая новая жена, приехав, первым делом поднималась на кровлю посмотреть на дом Бога Израиля.
✦ ✦ ✦
Новые жёны привозили с собой и своих богов.
Первой решилась молодая жена из Сидона, приморского города по соседству с Тиром. Она попросила у царя позволения поставить во дворике своих покоев изображение богини Астарты. Евнух, поджав губы, напомнил ей о Законе.
— О Законе? — сидонянка подняла подведённые брови и обернулась к своим служанкам, чтобы и они послушали. — У аммонитянки в саду камни стоят столько лет, что их в доме уже никто не замечает. Израиль от этого не пал. Или ей можно, а нам нельзя?
Евнух ушёл докладывать царю с таким лицом, будто нёс на подносе дохлую мышь. Царь выслушал и позволил: отказать сидонянке значило бы спросить и с Наамы, матери наследника.
Следом моавитянка, жена из земли Моав за Мёртвым морем, стала жечь курения своему богу Хамосу прямо на кровле, за ней потянулись и другие, и к следующей весне над крышами женских покоев по вечерам поднимались тонкие дымки, у каждой жены свой.
Слова сидонянки Абда принесла с кухни слово в слово. Там же, на кухне, теперь говорили, что у каждой царской жены свой божок, и у аммонитянки тоже, только постарше.
Наама сидела у окна с веретеном и долго не пряла. Годами она молчала, ждала, не просила дважды, и то, к чему она шла так долго, сидонская девчонка получила за одну весну, сославшись на неё. Её бога поставили в один ряд с раскрашенной куклой в нише и моавитским дымом на кровле, как домашнего божка одной из жён, которого терпят, пока жена в милости.
В Равве Молох стоял в святилище над городом, и весь город поднимал к нему глаза. Ему её посвятили девочкой, и он был ей не память о матери и не женская прихоть. Ему нужно было место, откуда его увидит весь Иерусалим: высоко, на горе, напротив того дома, который Соломон построил своему Богу.
Наама додумала это до конца, отложила веретено и стала ждать, когда можно будет сказать.
✦ ✦ ✦
Ждать пришлось долго. Соломону было уже за пятьдесят. Ровоам, их сын, давно сам стал отцом, и Наама, мать наследника и первая из царских жён, жила в старом доме Давида в таком почёте, что даже египтянка присылала ей на праздники корзины фиников.
Соломон теперь уставал. Он приходил к ней поздно, принимал чашу и начинал рассказывать, о чём спорили на совете, а посреди рассказа замолкал и морщил лоб, вспоминая имя человека, которого знал с юности. Наама подсказывала. Однажды он заснул сидя, с чашей в руках, и Наама вынула её из его пальцев, чтобы вино не пролилось на подушки.
Она сидела над спящим мужем и смотрела на его поредевшие виски. Потом осторожно, чтобы не разбудить, укрыла его шерстяным покрывалом и поправила подушку под головой. И всё же она отметила про себя: усталый человек соглашается легче, чем тот, у кого хватает сил спорить до рассвета.
Как-то вечером она сказала ему:
— Ровоаму пора сидеть рядом с тобой, когда ты судишь. Пусть люди привыкают к его лицу.
Соломон подумал и кивнул:
— Пусть сидит.
Наама заметила, что не попросила, а сказала, и он принял это как должное. Раньше она подбирала слова так, чтобы он сам предложил ей то, чего она хотела. Теперь в этом не было нужды.
✦ ✦ ✦
В начале осени, на закате, они поднялись на кровлю старого дома Давида. На севере, на горе над городом, белел Храм, и золото на его дверях ещё держало последнее солнце. На востоке, за глубокой долиной под городской стеной, поднималась Масличная гора, тёмная от олив, с голой южной вершиной прямо напротив Храма. Наама смотрела на эту вершину уже много вечеров.
Внизу, над покоями новых жён, курились вечерние дымки. С соседней кровли закричал павлин Шуа. Соломон сидел на скамье у парапета, Наама стояла.
— Построй ему место, — сказала она.
Соломон понял сразу. Он поставил чашу на парапет.
— Нет.
— Небольшое святилище.
— Нет.
— На горе.
Он повернулся к ней.
— Ты хочешь капище Молоха напротив Храма?
— Я хочу место, где мои люди смогут молиться.
Её люди были рядом: аммонитские купцы, что пригоняли в Иерусалим овец и привозили шерсть, девочки из Раввы в его собственном доме, старая Шуа со своим павлином.
— Ты дала клятву.
Наама улыбнулась:
— Ты всё ещё вспоминаешь тот день?
Соломон молчал. Она подошла ближе.
— Ты построил дом своему Богу. Построй один дом моему.
— Ты понимаешь, чего просишь?
— Прекрасно.
— Народ этого не простит.
— Народ простит тебе всё.
Соломон долго смотрел на гору за долиной, потом перевёл глаза на белые стены Храма.
— А Бог?
🤞 Продолжение следует.
Ваш Михаил Вяземский / Оккультный Советник
✦ ✦ ✦
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
