⏮️ Начало рассказа читать здесь:
Нашли его на крыльце двадцать восьмого января, в полседьмого утра. Снег шёл мелкий, сухой. Игорь сидел, привалившись спиной к двери, в незастёгнутой телогрейке, без шапки. Шапка валялась рядом, на ступени. Лицо у него было спокойное, синеватое, и на ресницах — иней. Похоже, дошёл, сел отдохнуть и заснул. Дверь была не заперта изнутри — мог зайти в дом. Не зашёл.
Тамара Васильевна, когда увидела, не закричала. Опустилась рядом на колени, в халате, в валенках, надетых на босу ногу, обняла его за плечи и сказала тихо:
— Зачем же ты, сынок. Что ж ты наделал!
✦ ✦ ✦
Вера приехала на следующий день, вечерним автобусом. Шла от остановки пешком, по обледенелой дороге, в городских сапогах на тонкой подошве, и думала только об одном: чтобы не упасть. Думать об Игоре она ещё не могла. Это было слишком тяжело.
В доме были соседи, баба Капа, Антонина Павловна — географичка, вышедшая на пенсию прошлым летом, — и ещё две соседки. Тамара Васильевна была на кухне, разливала чай. Вера обняла мать молча, и они постояли так с минуту.
— Мам, — сказала Вера, — ты как?
— Я живая, — сказала Тамара Васильевна. — Я пока живая.
Похоронили Игоря в среду, рядом с Галей. На кладбище ветер выл по голому осиннику, и за ветром почти не было слышно слов отпевания. Антонина Павловна, географичка, стояла рядом с Верой и Тамарой Васильевной. Когда стали закапывать, Антонина Павловна вдруг сказала, негромко, в сторону:
— Девочки, вы извините, что я лезу. Но вы примету-то знаете?
— Какую, Антонина Павловна? — спросила Вера.
— Если в семье два покойника за полгода — жди третьего. Бабка моя, царство ей небесное, всегда так говорила. У нас в Хмельной в шестьдесят восьмом такое было — мать, отец и сын за ними через два месяца. Молодой, здоровый. В озере утоп.
Вера вздрогнула. Тамара посмотрела на Антонину Павловну и сказала:
— Тонь, ты бы лучше помолчала сейчас.
— Молчу, Тамара. Молчу. Только примета — это не я придумала.
✦ ✦ ✦
Вера уехала через два дня. Дома, в городе, в своей однушке, её встретил Гоша. Попугай за неделю одиночества облез, потерял два пера с груди, сидел нахохленный. Вера насыпала ему свежего проса, налила воды, поговорила с ним, как с человеком.
— Гоша, — сказала она, — мы с тобой остались вдвоём. Ты живи, Гоша, ладно?
Гоша посмотрел на неё одним глазом и сказал хрипло:
— Дур-р-ра.
Вера засмеялась — и тут же заплакала, обняла клетку, и долго так стояла.
Зима закончилась. Вера работала, ездила к матери на майские, потом на Троицу. Мать сдала: похудела, поседела совсем, перестала красить волосы. По вечерам сидела с Галиной фотографией и разговаривала с ней.
— Мам, ты так с ума сойдёшь, — сказала Вера.
— Не сойду, Верочка. Я только с ней и говорю. Больше не с кем.
✦ ✦ ✦
Сны начались в июне.
Первый раз Вера проснулась среди ночи в холодном поту. Села сразу. Дёрнула ночник. В комнате было тихо — только Гоша в углу клетки переступил с ноги на ногу.
Снилась Галя. Молодая, в красном платье — Вера помнила это платье, Галя его носила лет в двадцать. Они стояли в каком-то саду — большом, яблоневом, в цвету. За Галиной спиной виден был дом — белёный, с резными наличниками, с шиферной крышей. Из дома вышел Игорь — в светлой рубашке, чисто выбритый, прежний, не сухой и не пропитый.
— Веруня, — сказала Галя и улыбнулась так, как улыбалась только она, чуть кривя верхнюю губу. — Веруня, ты посмотри, у нас-то как!
— Где это, Галчонок? — спросила Вера во сне.
— А мы тут живём. Дом нам дали. С садом, с погребом, с летней кухней. Только я в общежитии сначала жила, а как Игорь приехал — нам сразу пожалуйста.
— Какое общежитие, Галя?
— Здешнее. Тут так положено: сначала в общежитии, потом дом. — Галя засмеялась. — Веруня, ты что такая? Я ж тебе говорю — счастье у нас тут! Игорёша, скажи.
Игорь подошёл, обнял Галю за плечи. Сказал:
— Сестрёнка, приезжай! У нас тут хорошо.
— Как же я приеду?
Галя переглянулась с Игорем. Потом посмотрела на Веру очень серьёзно.
— А вот так, Веруня. Слушай меня. Ты ж одна. У нас тут парень есть, наш сосед, в общежитии до сих пор живёт. Один. Хороший, тихий, тебе по сердцу будет. Я ему про тебя рассказывала, всё-всё рассказала! Он тебя ждёт. Поженитесь — и вам дом сразу. Такой же, как у нас. Может, и лучше. Приезжай, Веруня!
Вера проснулась.
Сон повторился через три ночи. Потом ещё через две. Потом каждую ночь.
✦ ✦ ✦
К концу июня Вера ездила на работу с тёмными мешками под глазами, на обед не ходила, по вечерам сидела на кухне с чашкой остывшего чая и боялась лечь. Гоша, попугай, тоже что-то почуял: перестал есть, забился в угол клетки и сидел там по полдня.
В начале июля Вера взяла отпуск на две недели и поехала в Заречное.
Тамара Васильевна, открыв дверь, посмотрела на дочь и сразу спросила:
— Что, Веруня? Что случилось?
Вера вошла, села на табурет в прихожей, не разуваясь. Закрыла лицо руками.
— Мам, — сказала она глухо. — Мам, она меня зовёт.
Тамара Васильевна опустилась перед ней на корточки.
— Как — зовёт?
— Снится. Каждую ночь. Говорит, у них там дом с садом. И парень есть, в общежитии, ждёт меня. Чтоб я приехала, мы поженились, и нам тоже дом дали… Мама! — Вера отняла руки от лица. — Мама, помнишь, Антонина Павловна на кладбище… про третьего покойника говорила?
Тамара Васильевна побелела. Она и без Веры эту примету помнила. Она её первой вспомнила — в ту самую ночь, когда привезли Игоря с крыльца, и три дня после этого ходила по дому с одной мыслью: «Не дай Бог Верочку».
— Веруня, — сказала Тамара Васильевна и сжала дочери руки. — Веруня, родная моя. Иди спать ложись, а я к Антонине с утра пойду. Она знает, что делать. Она же не просто так на кладбище это сказала.
⏭️ Продолжение следует.
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
