Они купили радионяню, когда Мише исполнилось три месяца.
Обычная, недорогая. Камера в детской, монитор у родителей. Ночью можно смотреть — ребёнок спит или проснулся. Удобно.
Первую неделю всё было нормально.
На второй неделе Света проснулась в три часа ночи. Не от плача — от звука. Монитор на тумбочке светился зелёным. Из динамика доносилось шипение.
И голос.
Тихий, неразборчивый. Как будто кто-то шептал.
Света схватила монитор, вгляделась в экран. Миша спал в кроватке. Один. Больше никого.
Но голос продолжался.
Она растолкала мужа.
— Дима. Дима, проснись. Там кто-то есть.
Дима слушал, хмурился.
— Это помехи. Радионяни ловят чужие частоты. У соседей, может, тоже есть.
— Это не соседи. Послушай.
Голос шептал что-то. Ритмично, монотонно. Как колыбельную.
Дима встал, пошёл в детскую. Света смотрела в монитор — вот он вошёл, вот наклонился над кроваткой. Миша спал. Всё нормально.
— Никого нет, — сказал Дима, вернувшись. — Спи.
Света легла. Закрыла глаза.
Голос из монитора замолчал.
✦ ✦ ✦
На следующую ночь — снова.
Три часа. Шипение. Шёпот.
Света не стала будить Диму. Взяла монитор, вгляделась.
Миша спал. Но в углу экрана, в тёмном углу комнаты — что-то было. Тень. Сгусток темноты, темнее остальной темноты.
Света моргнула.
Тень исчезла.
Или — отодвинулась?
Она побежала в детскую. Включила свет.
Миша спал. Комната пустая. Угол — обычный угол, обои с мишками, ничего.
Света стояла и смотрела.
А потом заметила.
Мишина рука. Она торчала из-под одеяла. И на запястье — красная полоска. Тонкая, как от нитки.
Как будто кто-то держал.
✦ ✦ ✦
— Это он сам, — сказал Дима утром. — Дети чешутся, царапаются. Нормально.
— Это не царапина. Это след.
— От чего?
— Не знаю. Но кто-то… кто-то там был.
Дима посмотрел на неё. Взгляд был тот самый — «ты устала, тебе кажется, успокойся».
— Света. Там никого не было. Ты не спишь нормально третий месяц. Тебе надо отдохнуть.
— Я не сумасшедшая.
— Я не говорю, что сумасшедшая. Я говорю — устала.
Света замолчала.
Может, он прав. Может, ей кажется. Молодые матери, недосып, гормоны. Бывает.
✦ ✦ ✦
Ночью она не спала. Лежала, смотрела в монитор.
Миша спал. Комната тихая. Ничего.
В два часа Света начала засыпать. Глаза закрывались сами.
В три часа её разбудил звук.
Не шёпот. Смех.
Тихий, хриплый, как у старухи. Из монитора.
Света схватила экран.
В детской кто-то был.
Фигура. У кроватки. Наклонилась над Мишей. Тёмная, размытая, но — фигура. Человеческая.
И смеялась.
Света закричала.
Бросилась в детскую. Распахнула дверь.
Никого.
Миша лежал в кроватке. Глаза открыты. Смотрел в потолок и улыбался. Трёхмесячные дети не улыбаются так. Осознанно. Кому-то.
— Миша? Мишенька?
Ребёнок повернул голову. Посмотрел на мать.
И Света увидела его глаза.
Чёрные. Полностью чёрные, без белков.
На секунду. На долю секунды.
Потом — обычные. Голубые, Димины.
Миша заплакал.
✦ ✦ ✦
— Мне не показалось.
Света сидела на кухне. Руки дрожали. Дима стоял напротив, хмурый, невыспавшийся.
— Там кто-то был. В комнате. Я видела на мониторе.
— Монитор барахлит. Я же говорил — помехи.
— Это был не помеха. Это был человек. Женщина. Она смеялась.
Дима молчал.
— И глаза, — Света всхлипнула. — У Миши глаза были… чёрные. Совсем чёрные.
— Света.
— Я видела!
— Света, послушай себя. — Дима сел рядом, взял её за руки. — Ты говоришь, что в детской была женщина. Что у нашего сына чёрные глаза. Ты понимаешь, как это звучит?
Она понимала.
Звучало безумно.
— Может, тебе к врачу? — мягко сказал Дима. — Послеродовая депрессия, это бывает. Ничего страшного.
Света молчала.
Может, он прав. Может, она сходит с ума.
✦ ✦ ✦
Она выбросила радионяню.
Сунула в мусорный пакет, вынесла на помойку. Без камеры — нет проблемы. Нечего смотреть, нечего видеть.
Ночью она спала. Первый раз за неделю — нормально, глубоко, без снов.
Проснулась в шесть утра. Отдохнувшая.
Пошла в детскую.
Миша спал.
А на тумбочке у кроватки стояла радионяня. Та самая. Камера направлена на ребёнка. Красный огонёк мигает.
Работает.
✦ ✦ ✦
Света стояла и смотрела.
Она выбросила её. Точно выбросила. Сама несла пакет, сама кинула в бак.
А радионяня — здесь.
— Дима! — закричала она. — Дима, иди сюда!
Дима пришёл, заспанный.
— Что?
— Откуда это?
Он посмотрел на радионяню.
— Ты же её выбросила.
— Выбросила! А она здесь!
— Может, ты не выбросила? Может, тебе показалось?
— Мне не показалось!
— Света…
— Не говори мне «Света» таким тоном! Я выбросила эту хрень! А она вернулась!
Дима взял радионяню. Повертел в руках.
— Хорошо, — сказал он. — Сейчас я сам её выброшу. При тебе. Ты увидишь.
Он вышел.
Света слышала, как хлопнула входная дверь. Как он спустился по лестнице. Как открылся мусоропровод.
Через минуту Дима вернулся.
— Всё. Выбросил. Успокойся.
✦ ✦ ✦
Следующей ночью Света проснулась в три часа.
Рядом с кроватью стояла радионяня. На тумбочке. Камеры не было — только монитор. Экран светился.
На экране была детская.
Миша спал в кроватке.
А рядом с кроваткой стояла женщина.
Старуха. Седые волосы, морщинистое лицо, чёрные глаза. Она смотрела прямо в камеру. Прямо на Свету.
И улыбалась.
Рот — слишком широкий. Зубы — слишком острые.
— Он мой, — сказала старуха.
Голос — из монитора. Чёткий, громкий.
— Он мой теперь. Ты опоздала.
Света бросилась в детскую.
✦ ✦ ✦
Кроватка была пуста.
Одеяло — на полу. Игрушки — разбросаны. Окно — закрыто.
Миши не было.
— МИША! — Света кричала, искала, переворачивала комнату. — МИША!!!
Дима прибежал, включил свет.
— Что? Что случилось?
— Он пропал! Миша пропал!
— Как пропал? Куда он мог…
Дима осёкся. Смотрел куда-то за спину Светы.
Она обернулась.
В углу комнаты стояла старуха. Держала Мишу на руках. Ребёнок не плакал — смотрел на мать чёрными глазами и улыбался.
— Спасибо, — сказала старуха. — Что позвали меня. Камера — это окно. Вы открыли окно, и я вошла.
— Отдай… — прошептала Света. — Отдай его…
Старуха покачала головой.
— Поздно.
Она шагнула назад.
В угол.
В темноту.
И исчезла.
Вместе с Мишей.
✦ ✦ ✦
Полиция искала три месяца. Не нашли.
Дело закрыли. Похищение, вероятно. Преступник не установлен.
Дима ушёл через год. Не выдержал. Света не винила — она сама себя не выдерживала.
Она до сих пор живёт в той квартире. Одна. Не выходит. Не спит.
Потому что каждую ночь, в три часа, на тумбочке появляется монитор.
И на экране — Миша.
Он растёт там, в темноте. Ему уже четыре года. Пять. Шесть.
Он смотрит в камеру и улыбается.
Чёрными глазами.
А за его спиной стоит старуха.
И шепчет:
— Приходи к нам. Мы ждём.
✦ ✦ ✦
Если у вас есть радионяня — выбросьте её.
Не смотрите в монитор ночью.
Не отвечайте, если кто-то позовёт.
И никогда, слышите, никогда не оставляйте камеру в детской после трёх часов ночи.
Потому что камера — это окно.
А окна работают в обе стороны.
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
