⏮️ Предыдущие части повести читать здесь:
Казённая
От автора. Эта повесть — не вымысел. Ко мне обратилась женщина, которую здесь я называю Ольгой: двадцать лет она живёт с мужем без любви, уйти не может, а всю жизнь чувствует, что где-то впереди её ждёт другой человек. Диагностика показала карму на два воплощения, завязанную на мужа. Просмотр по Хроникам Акаши вывел меня в Петербург 1821 года, в Смольный институт.
Во второй части девятилетняя Варенька сама нашла в канаве мёртвого отца. Тётка устроила её в Смольный на казённый счёт, и по дороге в Петербург Варенька решила про себя, что мать везёт её туда в последний раз.
— Не надо, маменька, — сказала Варенька. — Дорога дальняя, а вам работать.
Мать посмотрела на неё снизу, с корточек, и кивнула. Потом поднялась, потёрла колени и поправила на себе платок. Классная дама звякнула ключами, и Варенька пошла за ней по коридору.
Коридор был длинный, белёный, с окнами в один ряд, и в конце его виднелся другой коридор, такой же длинный. Варенька шла и считала двери. На четырнадцатой она сбилась.
✦ ✦ ✦
Смольный институт благородных девиц жил по колоколу. Колокол поднимал в шесть, звал к молитве, к чаю, в классы, к обеду и снова к молитве, а в девять вечера гасил свечи. Девочек делили на возрасты, и младший возраст носил платья кофейного цвета, с белыми передниками и пелеринками, а волосы зачёсывал гладко, без единой вольной пряди.
Спали в дортуаре, длинной холодной спальне, где кровати стояли в два ряда, у каждой одинаковое серое одеяло и одинаковая тумбочка. Умывались ледяной водой из медных рукомойников. К чаю давали половину булки, к обеду суп, в котором крупа плавала поодиночке, и кусок говядины, который девочки звали подошвой. Голодны были все и всегда. Эконом института, по слухам, держался того мнения, что сытая девица дурнеет лицом, и честно оберегал красоту трёхсот воспитанниц.
Классной дамой у младших была фрейлейн Шульц, немка из Ревеля, высокая и прямая. Она верила в три вещи: во французский язык, в прямую спину и в то, что от слёз портится цвет лица. В её отделении полагалось говорить по-французски, и за русское слово она ставила в угол. Варенька, дочь учителя арифметики, по-французски знала одно слово, «мерси», и в первый же день простояла у доски весь урок, потому что не поняла, о чём её спросили.
Через месяц она понимала почти всё, что говорили в классе. Через два отвечала.
Она вообще всё замечала и всё запоминала. Чья мать статс-дама, а чья вдова полковника. Кто из девочек подлизывается к фрейлейн Шульц, а кто ябедничает. Какая из классных дам прощает опоздание, а какая нет. Говорила Варенька мало. Была она невысокая, тёмненькая, с узким лицом, и в ряду кофейных платьев её не было видно, чего ей и хотелось.
Девочки её сторонились. Никто не говорил ей дурного, просто садились за стол чуть поодаль. По вечерам, перед сном, в дортуаре рассказывали о доме: о папенькиных рысаках, о маменькиных бальных платьях, о собаках, которых зовут Амур и Бижу. Варенька слушала со своей кровати. Ей тоже было что рассказать про рысаков, отец рассказывал про дедовых сотни раз. Но она молчала, потому что за рысаками непременно спросили бы, где они теперь.
По воскресеньям в приёмную залу пускали родных. Девочек вызывали по фамилиям, и они бежали вниз, а возвращались с коробками конфет, пряниками, апельсинами и новыми лентами, и до вечера в дортуаре пахло ванилью и апельсинной коркой. Варенькину фамилию не называли ни разу. В эти часы она сидела у окна и смотрела во двор, на ворота, в которые въезжали кареты.
✦ ✦ ✦
Перед Рождеством воспитанницам велели написать письма родным. Писали в классе, под присмотром фрейлейн Шульц, которая потом прочитывала каждое письмо, поправляла ошибки и запечатывала.
Варенька писала долго, самым красивым своим почерком, с нажимом на заглавных буквах. Что она здорова. Что учится хорошо, а по арифметике первая в классе. Что кормят их сытно. Что на Пасху приезжать не нужно: здесь строго, свидания коротки, а дорога дальняя и дорогая. Потом подумала и приписала внизу: «Маменька, берегите руки, мажьте их на ночь».
Перечитала и представила себе мать в приёмной зале, среди статс-дам и полковничьих вдов. Красные руки на коленях, запах щёлока, и все девочки, которые возвращаются из залы, рассказывают в дортуаре, к кому кто приехал.
Она сложила письмо и отдала фрейлейн Шульц. Та прочла его и похвалила почерк.
Ответ пришёл после Крещения. Писала его чужая рука, круглая и старательная, с ошибками: видно, мать просила хозяйкину дочь. Мать писала, что здорова, что руки мажет, как велено, что на Пасху не приедет, раз нельзя, и что молится за свою Вареньку каждый вечер. В письмо была вложена синенькая, пятирублёвая ассигнация, сложенная вчетверо.
Варенька долго держала ассигнацию в пальцах. Мать стирала за эти деньги, должно быть, больше месяца. Деньги она спрятала в тумбочку, под молитвенник, а письмо прочла ещё раз, ночью, у окна, где от снега было светло, и тоже спрятала, поглубже.
✦ ✦ ✦
Лиду привезли в конце января, когда все давно привыкли к колоколу и друг к другу.
Принимали посреди года не всякую, но Пётр Семёнович Красовский, отец новенькой, был человек богатый и с большими знакомствами: дом в Петербурге на Английской набережной, имение под Полтавой, конный завод. Жена его умерла родами, и новорождённая дочь вместе с ней. Второй раз он не женился и всё, что у него было, отдал единственной оставшейся дочери. Сам он подолгу жил при заводе в Полтаве и рассудил, что девочке без матери лучше расти в Смольном, где воспитывают дочерей лучших фамилий, чем в пустом петербургском доме с гувернантками. Лидочке было восемь лет, и за эти восемь лет она ни разу сама не застегнула пуговицу.
Была она беленькая, как кукла с фарфоровой головой, с мягкими светлыми кудрями, которые фрейлейн Шульц в первое же утро велела зачесать гладко. Лида плакала, пока её чесали. Плакала, когда ей велели заправить постель, и постель так и осталась незаправленной. Плакала над ботинками, потому что шнурки не слушались, а горничной, которая шнуровала их дома, здесь не было. Девочки смеялись над ней и звали её фарфоровой. Фрейлейн Шульц дважды ставила её в угол за слёзы, и в углу Лида плакала тоже.
Варенька смотрела на неё три дня.
На третью ночь, когда свечи давно погасили, Лида заплакала опять, тоненько, в подушку, чтобы не услышала дежурная дама. Варенька встала, прошла босиком по холодному полу между кроватями и села к ней на край постели.
— Не плачь, — шёпотом сказала она. — Утром я тебе покажу, как шнуровать. Это просто.
Лида перестала плакать и схватила её за руку. Рука у Лиды была холодная, как у всех в этом дортуаре, и Варенька взяла её в обе ладони и стала греть, как когда-то грела мать её собственные руки после зимней улицы. Лида так и уснула, не отпуская её пальцев. Варенька сидела, пока не замёрзли ноги, и смотрела на неё.
Под Лидиной кроватью стоял сундук, обитый кожей, с медными углами. Днём Варенька видела, как девочки, которые смеялись над фарфоровой, косились на этот сундук.
✦ ✦ ✦
Утром она показала Лиде, как шнуровать ботинки, крест-накрест, и как прятать концы, чтобы фрейлейн Шульц не сделала замечания. Потом показала, как заправлять постель, чтобы одеяло лежало ровно. Потом заплела ей волосы так туго и гладко, что фрейлейн Шульц на утреннем осмотре впервые не остановилась возле Лиды.
Через неделю Варенька подошла к фрейлейн Шульц и попросила переставить её кровать рядом с кроватью Красовской: новенькая плачет по ночам и не даёт спать всему дортуару, а при ней затихает. Фрейлейн Шульц посмотрела на неё внимательно, подумала и разрешила. Порядок в дортуаре она ценила выше, чем правило о том, где чья кровать.
Теперь Варенька шнуровала Лиде ботинки, проверяла её французские тетради и за неё решала задачи, потому что Лида не понимала, отчего от семи отнимают три. Лида ходила за ней следом, держалась за её руку на прогулках и рассказывала ей всё: про дом на набережной, про папеньку, про лошадей в Полтаве и про то, что мамы у неё нет и никогда не было. Варенька слушала и запоминала.
Однажды на прогулке, в саду, где снег уже осел и почернел у дорожек, Лида спросила:
— А твоя маменька где?
— В Москве, — сказала Варенька. — Папенька умер, а она в Москве.
— Она красивая?
Варенька подумала про глиняную баночку на подоконнике, про трещины на костяшках, про запах, который приходил домой раньше матери.
— Красивая, — сказала она. — И руки у неё мягкие, белые.
Лида вздохнула и прижалась к её плечу. У неё самой не было никакой маменьки, ни с мягкими руками, ни с красными.
Девочки, которые раньше садились от Вареньки поодаль, теперь садились рядом с Лидой. А рядом с Лидой всегда сидела Варенька.
✦ ✦ ✦
Пасха в 1822 году пришлась на начало апреля. В Светлое воскресенье после заутрени приёмная зала была полна до дверей, и девочек вызывали одну за другой.
Варенька стояла у окна в дортуаре и смотрела на ворота. Подъезжали кареты, проходили пешком какие-то люди, женщина в тёмном платке остановилась у ворот, постояла и пошла дальше, вдоль ограды. Варенька смотрела ей вслед, пока платок не скрылся за углом. Это была чужая женщина, ростом выше матери и с корзиной в руке.
Пётр Семёнович приехать не мог: весенняя распутица держала его в Полтаве. Вместо него из дома на Английской набережной явился управляющий, старый, важный, в бакенбардах, и два лакея внесли за ним корзину, которую потом еле подняли по лестнице вдвоём. В корзине были кулич в бумажной обёртке, творожная пасха с изюмом, коробки конфет, апельсины, засахаренные орехи, яблочная пастила и крашеные яйца.
Корзину поставили на пол между их кроватями. Лида долго перекладывала всё по одному, на две кучки, приговаривая: «Это тебе, это мне», — и следила, чтобы апельсинов было поровну. Последнее яйцо, красное, она подержала в руке, подумала и положила в Варенькину кучку.
Потом пододвинула кучку к Вареньке и сказала:
— Это тебе. Половина.
🤞 Продолжение следует.
Ваш Михаил Вяземский / Оккультный Советник
✦ ✦ ✦
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
