Клавдия за Волгой
Клавдию нашла материна знакомая, учительница физики Анна Сергеевна.
— Я, Валя, сама в такое не верю, — сказала она по телефону. — Но брат у меня к ней ездил. Помогла. Что именно делала, не знаю. Ты попробуй.
Клавдия жила за Волгой, в деревне, куда после парома добирались ещё полчаса по разбитой дороге. Изба была старая, осевшая на один бок, с резными наличниками, с которых давно облезла краска.
Хозяйке перевалило за семьдесят. Худая, жилистая, в мужском пиджаке поверх домашнего халата, она встретила гостей на крыльце с папиросой в зубах.
— От Анны Сергеевны?
— Да, — ответила Валентина Петровна.
— Ну заходите. Чего на ветру стоять.
В избе пахло печным дымом, сушёной полынью и «Беломором». Клавдия усадила Катю на табурет у окна.
— Руки покажи.
Катя протянула ладони.
— Другую.
Клавдия долго разглядывала кольцо, поворачивая Катину кисть к свету. Потом подняла глаза.
— Кто подарил?
— Женщина одна.
— Старая?
— Да.
— Сколько ей?
— Девяносто один.
Клавдия хмыкнула.
— Ага. Девяносто один. И всё никак не наживётся.
Она затянулась, выпустила дым к закопчённому потолку.
— Тебя не испортили, девка. Тебя выпили.
Валентина Петровна схватилась за край стола.
— Как это?
— А вот так. Свою старость на неё переложила, а её молодость себе забрала. Небось и волосы твои у той бабы остались?
Катя вздрогнула.
— Остались.
— Где?
— В жестяной коробке. Она их после расчёсывания собирала.
Клавдия выругалась сквозь зубы.
— Ишь ведь… Опытная.
— Вы сможете помочь? — спросила мать.
Клавдия смерила её взглядом.
— Сначала разберёмся, что с девкой сделали. Потом говорить будем.
Она заставила Катю рассказать всё по порядку: когда устроилась, что ела, что носила, что брала в подарок. На вечернем расчёсывании покачала головой:
— Волосы отдала.
На руке перед сном процедила:
— И тепло отдала.
А когда Катя дошла до кольца, Клавдия поднялась из-за стола.
— Ну, теперь понятно.
— Что понятно?
— Зачем оно на тебе. Пока носишь, нитка не порвана. Она по ней и тянет.
— Я пробовала снять.
— Не дури. Силой потянешь — палец изувечишь.
— А что делать?
Клавдия помолчала.
— Волосы свои добывай. Без них не отвяжу.
— Но они у неё!
— Знаю. Вот и доставай.
— Я туда больше не вернусь.
— И не надо. Пусть другой кто принесёт.
— А вы возьмётесь? — спросила Валентина Петровна.
— Возьмусь.
Клавдия назвала сумму. Катя опустила голову.
— У нас таких денег нет.
Мать молча открыла сумку и достала плотный бумажный конверт. Катя узнала его сразу.
— Мам, нет!
Валентина Петровна положила конверт на стол.
— Здесь сколько есть.
— Это же на операцию! Мы весь год собирали!
— Значит, теперь на другое пойдут.
— А как же твоя нога?
Мать отвела глаза.
— Мне, Катюша, операция уже ни к чему.
— Мам, что ты такое говоришь?!
— Обойдусь. Не впервой.
— Но ты же ходить нормально не можешь!
Валентина Петровна устало улыбнулась.
— А мне куда ходить? В школу я уже не вернусь. До магазина доберусь, и ладно.
Катя расплакалась.
— Мамочка, прости меня…
Мать притянула её к себе.
— Тише. Ты-то за что прощения просишь?
Клавдия убрала конверт в комод, вернулась к столу и вдруг спросила:
— У той бабки ещё кто-нибудь из вас был?
Валентина Петровна посмотрела в окно, на серую Волгу за огородами.
— Я была.
— Зачем?
— Паспорт дочери забирала.
— И она просто так отдала?
Мать не ответила.
Клавдия пристально посмотрела на неё.
— Ну-ну.
— Что? — обернулась Катя.
— Ничего. Время покажет.
Клавдия прикурила новую папиросу от старой.
— Только запомните обе. Что обманом взято, то вернуть можно. А что человек своей волей отдал, того не воротишь. Хоть всю Волгу на порог вылей.
✦ ✦ ✦
Катя позвонила Ларисе в тот же вечер.
— Мне нужна коробка с волосами.
На том конце долго молчали.
— Какая коробка?
— Не притворяйтесь. Жестяная, из-под монпансье. В комнате Ираиды Павловны.
Лариса тяжело вздохнула.
— Катя…
— Человек, который берётся мне помочь, без неё ничего не сделает.
— А если она заметит?
— Вы сами сказали, что вам почти нечего терять.
Лариса помолчала ещё.
— Адрес дай.
В субботу она приехала рейсовым автобусом. В старом пальто, с потёртой хозяйственной сумкой. Катя встретила её на остановке.
— Привезли?
Лариса молча раскрыла сумку. На дне, завёрнутая в газету, лежала жестяная коробка.
— Как вы её взяли?
— Она спала.
— Не проснулась?
— Нет. Она теперь крепко спит.
Лариса невесело усмехнулась.
— Сытая.
Клавдия встретила их без всякого удивления.
— Привезла?
— Да.
— Тогда ночуйте. На зорьке делать будем.
✦ ✦ ✦
Обряд проводили у бани.
Ещё затемно Клавдия сходила к Волге, набрала воды по течению и притащила два тяжёлых ведра. Катю поставила босиком на нижнюю ступень банного крыльца, Ларисе велела стоять рядом.
— А мне что делать? — спросила та.
— Смотреть. Скоро и твой черёд придёт.
Катя дрожала. Доски под ногами были мокрые от инея.
— Клавдия, долго ещё?
— Пока не сделаем, не уйдёшь.
Старуха поставила раскрытую коробку с волосами на верхнюю ступень и зачерпнула воды ковшом.
— Голову наклони.
Ледяная вода хлынула Кате на макушку. Она вскрикнула.
— Терпи.
Клавдия лила медленно: через волосы, по плечам, по рукам, прямо на гранатовое кольцо. И негромко, нараспев приговаривала:
Не своё не носи, чужого не тяни. Что из рук взято — в руки вернись, Что с головы снято — дымом воротись, Что по ночам выпито — по зорям отдайся. Катеринины годы — Катерине, Старухины годы — старухе. Как вода со ступени сбегает, Так чужой век с рабы Божьей Катерины спадает. Ключ — в воду, замок — в печь. Аминь.
Она повторила трижды. На третий раз Катя почувствовала, будто кто-то невидимый взял её за палец и потянул.
Кольцо шевельнулось.
Катя опустила глаза. Гранат сам соскользнул по мокрой коже, упал на ступень, звякнул и скатился в подставленный Клавдией ковш.
— Есть, — сказала старуха.
Лариса ахнула.
Катя смотрела на свою руку. Сустав оставался распухшим, но кольца на нём больше не было.
— Теперь волосы.
Клавдия высыпала содержимое жестяной коробки в банную печь. Над пламенем взвился тонкий серый дым, и запахло палёным.
Катю согнуло пополам. Её вырвало прямо в пожухлую траву у порога. Мать кинулась к ней, но Клавдия выставила руку:
— Не трогай. Пусть выйдет.
Когда Катя смогла выпрямиться, старуха уже заворачивала кольцо в чёрную тряпицу. Протянула свёрток Ларисе.
— Отнесёшь хозяйке.
Лариса отшатнулась.
— Я?!
— Ты.
— Она меня убьёт.
— Не убьёт. Ей своё взять придётся.
— А если не возьмёт?
— Возьмёт. Такие, как она, своего не упускают.
Лариса осторожно, двумя пальцами, взяла свёрток.
— И что сказать?
— Скажешь: «Ваше принесла». И прямо в руки отдашь.
Клавдия помолчала и добавила:
— Из рук в руки. У неё ведь такой порядок?
Лариса медленно кивнула.
Через два дня от неё пришло сообщение:
«Взяла. Из рук в руки. Как сказано».
🤞 Продолжение следует.
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
