В то лето река забрала шестерых.
Деревня Камышовка, Волгоградская область, триста душ. Тихое место — поля, огороды, коровы. И река Тихая, что течёт за околицей. Мелкая, тёплая, с песчаным дном. Дети плещутся, бабы бельё полощут. Сто лет никто не тонул.
А в июне две тысячи девятого — началось.
✦ ✦ ✦
Первым утонул Серёга Волков.
Здоровый мужик, сорок два года, тракторист. Плавал как рыба — с детства на этой реке вырос. Пошёл вечером искупаться после работы. Один.
Нашли утром. Лицом вниз, в камышах.
— Сердце, наверное, — сказал фельдшер Михалыч, осматривая тело. — Прихватило в воде, вот и…
Он осёкся.
— Что? — спросил участковый.
— Да вот… — Михалыч показал на плечо утопленника. — Это что такое?
Синяки. Четыре полосы, будто от пальцев. И рядом — укус. Отчётливый, полукруглый. Человеческий.
— Может, рыба? Сом? — неуверенно предположил участковый.
— Сом так не кусает. И пальцев у сома нет.
Списали на несчастный случай. Синяки — ударился о корягу. Укус — непонятно, но мало ли.
Похоронили Серёгу. Поплакали. Забыли.
А через неделю утонула Маша Егорова. Шестнадцать лет, купалась с подружками. Нырнула — и не вынырнула. Подружки кричали, звали на помощь. Мужики прибежали, ныряли, искали.
Нашли через два дня. Ниже по течению, в омуте.
На теле — синяки. И укусы.
✦ ✦ ✦
— Это Верка, — сказала баба Нюра.
Сидели на лавке у сельмага. Бабы судачили, мужики курили. Жара, июнь, мухи гудят.
— Какая Верка? — не поняла продавщица Зинаида.
— Морозова. Которая в апреле утопилась.
Замолчали. Вспомнили.
Вера Морозова, двадцать один год. Красивая, тихая. Работала в районе, бухгалтером. Три года встречалась с Костей Лариным из соседнего села. Свадьбу назначили на май.
А в апреле Костя женился на другой. На городской, с квартирой и машиной. Вера узнала за день до его свадьбы.
Ушла из дома вечером. Не вернулась.
Нашли туфли на берегу Тихой. Тело — не нашли. Искали неделю, водолазов вызывали. Река будто проглотила её.
— При чём тут Верка? — спросил кто-то. — Она ж утопленница, царствие небесное.
— Вот и я о том. — Баба Нюра перекрестилась. — Девка до свадьбы умерла. Незамужняя, обиженная. Такие русалками становятся.
Кто-то хмыкнул. Кто-то засмеялся.
— Баб Нюр, ты чего? Какие русалки? Сказки это.
— Сказки? — Старуха посмотрела на говорившего. Глаза — выцветшие, но острые. — А синяки на утопленниках — тоже сказки? А укусы?
— Рыбы покусали. Раки там…
— Раки, — передразнила баба Нюра. — Раки пальцами не хватают. И зубов у раков нет.
— Ну хватит, баб Нюр, — отмахнулась Зинаида. — Людей пугаешь. Мало ли почему утонули. Судорога, сердце…
— Верка это, — повторила старуха упрямо. — Помяните моё слово. Она там, в реке. И она злая. Очень злая.
✦ ✦ ✦
Через три дня утонул Петька Сомов. Пятнадцать лет, нырял с моста на спор.
Через пять — супруги Ивановы. Приехали из города на выходные, пошли купаться. Муж — сразу, жена — пыталась его спасти. Оба — на дне.
На всех — синяки. На всех — укусы.
Деревня притихла. На речку больше никто не ходил. Дети сидели по домам. Бабы крестились, проходя мимо воды.
— Может, правда? — шептались. — Может, баба Нюра не врёт?
— Да ну, бред. Двадцать первый век.
— А как объяснишь? Пять человек за месяц. В нашей Тихой, где по колено.
— Случайность…
— Пять случайностей подряд?
Пошли к бабе Нюре. Та сидела на крыльце, пила чай из блюдца.
— Баб Нюр, — начал председатель сельсовета. — Ты вот говорила… про русалку. Это… правда?
— Правда.
— И что делать?
Старуха долго молчала. Смотрела куда-то мимо них — на реку, блестевшую вдалеке.
— Не знаю пока. Думаю.
— А узнать можешь? Ну… как-то?
— Попробую.
⏭️ Продолжение рассказа читать здесь:
✦ ✦ ✦
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
