⏮️ Часть 1 рассказа читать здесь:
Часть 2. Западня
Тамара переступила порог и оказалась в тесной прихожей, заставленной вещами так плотно, будто квартира была не жилищем, а складом забытых предметов. Вдоль стены громоздились стопки пожелтевших газет, на вешалке висели чёрные пальто, похожие друг на друга, как близнецы, а в углу стояло тяжёлое кресло с потёртой бархатной обивкой — из тех, что когда-то украшали профессорские кабинеты, а теперь доживали свой век в коммунальных квартирах Замоскворечья. В воздухе стоял густой, сладковато-пыльный дух, от которого сразу заложило виски.
И тут произошло нечто, чего Тамара потом не могла внятно объяснить ни себе, ни кому-либо другому. Едва она вошла, ноги сделались чужими — тяжёлыми, непослушными, точно набитыми мокрым песком. Колени подогнулись сами собой, и Тамара, не понимая, как это вышло, опустилась в кресло. Она хотела встать и тут же уйти, но тело отказывалось подчиняться, будто между головой и мышцами оборвалась какая-то невидимая связь.
Старуха, всё это время не произносившая ни слова, наклонилась над ней. Близко, очень близко — Тамара видела каждую складку на её высохшем лице, каждую трещинку в слое пудры, татуажные дуги бровей, казавшиеся теперь не смешными, а зловещими, как два чёрных крыла. И глаза — тёмные, немигающие, с маленькими зрачками, в которых не было ничего человеческого, ни тепла, ни любопытства, ни жалости, а только какая-то жадная, сосущая пустота.
Старуха смотрела Тамаре прямо в зрачки, и от этого взгляда по телу разливался холод, медленный и неотвратимый, как наркоз. Тамара чувствовала, что из неё уходит что-то — не кровь, не воздух, а нечто более существенное, то, что держит человека на ногах и заставляет его хотеть жить. Потолок комнаты поплыл, начал проседать и надвигаться на неё, углы прихожей затянуло серой мутью, и Тамаре вдруг сделалось всё равно — всё равно, что происходит, всё равно, где она находится, всё равно, встанет она когда-нибудь с этого кресла или нет. Это безразличие было самым страшным: не боль, не удушье, а полное, ватное равнодушие к собственной участи, словно кто-то выключил внутри неё тот тумблер, который отвечает за волю к жизни.
Что именно вырвало её из этого оцепенения, Тамара так и не смогла объяснить. Быть может, последний рывок инстинкта, который срабатывает у всякого живого существа за секунду до гибели. Из глубины сознания поднялась волна животного, первобытного ужаса — того самого, который не рассуждает, не выбирает, а действует. Тамара рванулась вперёд, оттолкнув старуху обеими руками — та оказалась лёгкой, невесомой, почти бестелесной, как сухая ветка, — и кинулась к двери. Длинный коридор, лестница, подъезд — всё это промелькнуло мутным пятном. Она слышала за спиной голос, но не крик о помощи, не стон обиженной старушки, а хриплую, яростную брань, от которой по спине побежали мурашки.
Тамара вылетела на улицу и побежала — не разбирая дороги, в темноту, подальше от этого дома. У перекрёстка она подняла руку, и жёлтая «Волга» с шашечками на крыше остановилась почти сразу. Всю дорогу до дома она сидела, вжавшись в угол заднего сиденья, и не могла унять дрожь в руках. Таксист покосился на неё в зеркало, но ничего не спросил — повидал, видно, и не такое.
✦ ✦ ✦
Дома Тамара заперла дверь на все замки, приняла горячий душ и легла в постель, надеясь, что утром всё покажется нелепым вечерним приключением, не стоящим внимания. Но утром она не смогла встать. Тело лежало на кровати, как пустая оболочка, из которой вынули всё содержимое. Температура поднялась до тридцати девяти, голова раскалывалась, и при этом не было ни кашля, ни насморка, ни каких-либо других понятных симптомов — просто чудовищная, необъяснимая слабость, будто организм обесточили.
Тамара проболела неделю. Участковый врач, пожав плечами, написал в карте «ОРВИ» и выписал парацетамол. Болезнь отступала медленно, нехотя, как отступает зверь, который не голоден, но и добычу бросать не собирается. На восьмой день Тамара впервые вышла на кухню и выпила чашку бульона, держа её обеими руками — пальцы до сих пор не слушались.
Когда силы вернулись настолько, чтобы связно рассказывать, Тамара позвонила подруге Ирине, потом ещё нескольким близким людям. Реакция была одинаковой: снисходительное сочувствие и рациональные объяснения. Переутомление. Стресс. Ослабленный иммунитет. Осенний вирус. Старушка, конечно, странная, но мало ли чудаков в Москве, тем более в таких старых кварталах. Тамара слушала и кивала, но знала — той частью себя, которая не поддаётся логике и аргументам, — что ничего из сказанного не объясняет ни железной хватки этих сухих пальцев, ни тёмных немигающих глаз, ни того ватного безразличия, которое окутало её в чужой прихожей. Она знала, что столкнулась с чем-то, для чего у неё нет ни слов, ни категорий, и это знание сидело в ней тихо и неподвижно, как камень на дне реки.
Тамара больше никогда не ходила по тому переулку. А когда ей случалось идти по вечерней Москве и кто-то из прохожих обращался к ней с просьбой — подсказать дорогу, придержать дверь, помочь перейти улицу, — она делала это, потому что иначе не умела. Но каждый раз, протягивая руку незнакомому человеку, она на долю секунды медлила — и прислушивалась.
✦ ✦ ✦
Послесловие автора
Тамара обратилась ко мне через несколько недель после того вечера, когда все разумные объяснения были испробованы и ни одно из них её не удовлетворило. Я выслушал её и скажу прямо: я уверен, что она столкнулась с так называемым энергетическим вампиризмом — явлением, при котором человек с определёнными способностями использует доброту и отзывчивость случайных людей для того, чтобы подпитывать собственные угасающие силы.
Механизм здесь не так сложен, как может показаться. Опытная ведьма воспринимает человека как сосуд, наполненный жизненной энергией. Физическое прикосновение — рука на локте, пальцы на предплечье — создаёт канал, через который эта энергия перетекает от жертвы к хищнику. Главное оружие — взгляд и сила намерения. У тех, кто практикует подобное десятилетиями, способность к визуализации достигает такой степени, что воображаемое становится действующим. Именно поэтому Тамара ощутила не боль и не удар, а нечто худшее — полную потерю воли, безразличие к собственной судьбе. Из неё попросту выкачивали жизнь.
То, что Тамара сумела вырваться, говорит о её внутренней силе. Многие на её месте не смогли бы. А болезнь, свалившая её на целую неделю, — это не простуда и не вирус. Это последствия энергетического опустошения, с которым организм справлялся так, как умел — температурой, слабостью, отключением всех систем на восстановление.
Добрым людям я не стану советовать перестать быть добрыми — это было бы глупо и жестоко. Но хочу напомнить: если незнакомый человек хватает вас за руку на тёмной улице, и при этом вы чувствуете не просьбу, а приказ, не слабость, а власть — доверьтесь своему чутью. Оно древнее любого воспитания и знает о мире больше, чем мы готовы признать.
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
📧 Электронная почта: okk.sovetnik@yandex.ru
🚑 Услуги Диагностики и Магическая помощь
👍 Отзывы и благодарности клиентов
🎓 Академия Магии Оккультного Советника
🚀 Телеграм — https://t.me/occultadvisor
Приветствую всех на моём канале «Оккультный Советник»! Меня зовут Михаил, я практикующий маг с 25-летним опытом и даром ясновидения.
Моя практика охватывает светлую и тёмную магию, работу с рунами, травами и астральной проекцией. На этом канале я делюсь интригующими случаями из своей практики, а также историями, присланными моими читателями.
Присоединяйтесь ко мне в увлекательном путешествии по загадочному миру магии и оккультизма. Давайте вместе исследовать скрытые грани реальности и постигать тайны мироздания!
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
