Дорогие друзья,
Белоруссия, осень, конец девятнадцатого века. В избе накрывают стол. Ставят кутью, блины, кашу, мёд. Кладут ложки — на всех, кто есть, и ещё на нескольких, кого нет. Открывают дверь настежь, хотя на дворе холодно. И хозяин говорит в темноту:
«Святые деды, зовём вас. Святые деды, идите к нам».
Потом семья садится, но первую ложку никто не берёт. Ждут. Первая ложка — тем, кого позвали. Едят молча, роняют кусочки на стол и не подбирают. Ночью посуду не моют: деды доедят.
Это Дзяды — поминальный ужин, который в Белоруссии справляли до двадцатого века, а кое-где справляют и сейчас. Церковь не запрещала: ну, помянули предков, что плохого.
А теперь — текст двенадцатого века. Церковный проповедник ругает своих прихожан: они ходят в церковь, молятся Христу, а потом дома ставят «вторую трапезу», «беззаконную», — хлеб, творог, мёд — и ставят её Роду и Рожаницам.
Семьсот лет между этими двумя столами. Стол один и тот же.
✦ ✦ ✦
Кого ругали
Род и Рожаницы — единственные Боги в нашей серии, о которых мы знаем не из летописи и не из «Слова о полку», а исключительно из ругани. Их не было на холме Владимира. Их не топили в Днепре. Их просто не заметили, потому что они стояли не на холме, а в каждой избе, у стола.
И когда князь крестил Русь, они остались за столом.
Церковь спохватилась через сто лет. С одиннадцатого по четырнадцатый век проповедники пишут одно и то же, слово в слово: молятся Роду и Рожаницам, ставят им трапезу, режут им «крайний хлеб» — первый или последний каравай, — варят им кашу. И самое обидное для священника: делают это не вместо церкви, а после. Спели тропарь Рождеству Богородицы — и тут же поставили кашу Рожаницам. Смешали.
Проповедник двенадцатого века так и пишет: смешивают чистые молитвы с идольским молением. Ставят, кроме положенной кутьи, «иную трапезу». Значит, стол был общий, и на нём рядом стояли Христос и Род.
Вопрос на исповеди — тот же, что про Мокошь: «Не молилась ли Роду и Рожаницам?» Спрашивали до шестнадцатого века. Пятьсот лет после крещения.
✦ ✦ ✦
Кто Он
О Роде спорят сильнее, чем обо всех остальных Богах, вместе взятых.
Академик Рыбаков сделал Его верховным Богом всего славянства — творцом вселенной, старше Перуна, старше Сварога. Большинство учёных с ним не согласны: Род — Бог рода. Предок. Тот, кто стоит за спиной у каждой семьи, и у каждой семьи Он свой.
Мне не нужно выбирать. В нашем ремесле это одно и то же. Род — это и вселенная, и семья, потому что семья — это единственная вселенная, в которую человек попадает при рождении. Мы писали об этом целую серию — об отсечении от Рода, о том, что бывает с человеком, у которого за спиной пусто. Сегодня — о том, откуда это пошло.
Есть один текст, где о Роде сказано чуть больше ругани. Проповедник спорит с язычниками и говорит: неправда, что «Род, сидя на воздухе, мечет на землю груды, и от этого рождаются дети». Дети рождаются от Бога, который вдувает в них дух.
Остановитесь на этой строчке. Род сидит на воздухе — в небе, над землёй. И мечет вниз «груды» — комья, капли, семя. И от этого рождаются дети. Это единственное описание Рода, которое дошло до нас, и дошло оно как то, во что верить нельзя. Но верили. Род — Тот, кто сеет людей.
✦ ✦ ✦
Кто Они
Рожаницы — Те, кто принимает посеянное.
О них известно больше, потому что они живы. У сербов они зовутся суђенице, у болгар — орисницы, у украинцев — рожаницы. Три женщины, которые приходят к колыбели на третью ночь после рождения и решают судьбу ребёнка. Одна говорит, как будет жить. Другая — что придётся вынести. Третья — как умрёт. Что скажут — то и сбудется, и ни бабка, ни поп не переменят.
Поэтому им ставили стол. Не за что-то — чтобы были добрее. Хлеб, творог, мёд, каша. Ставили в комнате с младенцем и выходили. Утром смотрели: если каша тронута — пришли.
Вот откуда «бабьи каши». Двадцать шестого декабря, на второй день Рождества, бабы шли к повитухе с горшком каши и подарками. Церковь назвала этот день Собором Богородицы. Народ — Бабьими кашами. И то, что проповедник называл «трапезой Рожаницам», через тысячу лет носили повивальной бабке, потому что она — та, кто первой держит ребёнка, и её нужно накормить, как кормили тех троих.
✦ ✦ ✦
Почему князья не тронули
Есть причина, по которой Владимир мог свергнуть Перуна, но не мог тронуть Рода. Род был основанием его собственной власти.
Князем на Руси становились не по выбору и не по силе, а по роду. Рюриковичи — один род, и только он имел право на стол. «Старший в роде» садился в Киеве. Отсечь Рода — значило отсечь себя от права княжить.
Поэтому Рода никто не сбрасывал. Его переименовали в «родословие», в «род княжеский», в «родительские субботы». Слово осталось в языке на каждом шагу: родина, народ, природа, урожай, родня, родник. Каждое из них начинается с Него. Мы говорим Его имя чаще, чем любое другое слово в языке, — и не замечаем.
✦ ✦ ✦
Как приносят дары сегодня
Роду и Рожаницам приносят дома, за столом. Не у дуба, не у воды — там, где ест семья.
Ставят лишнюю тарелку. На неё — хлеб, творог, мёд, кашу. Можно всё сразу, можно что-то одно, но хлеб обязательно. Тарелку ставят на край стола или на отдельный стул, и никто из живых с неё не ест. За ужином не ссорятся и не говорят о плохом. Дверь или окно приоткрывают хотя бы на минуту.
После ужина тарелку не убирают до утра. Утром хлеб отдают птицам, кашу — выливают под дерево или в землю. Творог и мёд можно доесть — они на столе, значит, разделены.
Когда это делают: в родительские субботы, на Радуницу, в день рождения ребёнка, на Бабьи каши двадцать шестого декабря. И просто тогда, когда в семье что-то не так. Род не ждёт праздника.
✦ ✦ ✦
Обращение
Как и в прошлые разы: подлинных текстов не дошло, а поминальные слова, записанные в деревнях, обращены уже к «дедам» без имени. То, что ниже, — восстановленная форма, написанная мной по их образу. Не цитата, а речь, какой она могла быть.
Читается над лишней тарелкой, перед тем как сесть за стол. Негромко, чтобы слышали только свои.
«Роде, Сеющий, Всему Начало! Рожаницы, Три Пряхи, к Колыбели Приходящие! Хлеб ваш на столе моём, каша ваша в доме моём, мёд ваш на краю. Что вам положено — то положил. Что вам налито — то стоит. Кто был до меня — за спиной моей. Кто будет после — на руках моих. Держите дом, как держали дедов. Держите детей, как держали меня. Что худое к колыбели придёт — не пускайте. Что доброе от вас идёт — не жалейте. Дверь открыта. Ложка положена. Стол накрыт. Идите к нам. Так и будет».
«Идите к нам» — это из белорусских Дзядов, дословно. Пусть последняя строка будет той, которую и правда говорили.
✦ ✦ ✦
Следующая статья — о единственном Боге, которого мы знаем не по летописи, а по живому обряду. О Боге, которого хоронили каждый год, с плачем и похабными шутками, и которому епископ Воронежский вышел запрещать праздник посреди толпы. О Яриле — и о том, что старики ответили этнографу на вопрос, кто Он такой: «Он любовь одобрял».
Ваш Михаил Вяземский / Оккультный Советник
✦ ✦ ✦
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
