Дорогие друзья,
Киев, конец лета 988 года. Крутой Боричев спуск от княжеского холма вниз, к ручью и Днепру. По спуску идёт конь, а за ним по земле волочится привязанное к хвосту огромное деревянное тело. Рядом идут двенадцать мужчин и бьют его палками.
А вдоль спуска, спотыкаясь, бегут люди и плачут.
Это не казнь преступника. К хвосту коня привязан Бог. Тот самый, которому ещё вчера несли хлеб и резали петухов. Тот, которым клялись послы, скрепляя договоры с Царьградом. Тот, кому князь Владимир своими руками поставил кумира восемь лет назад — с серебряной головой и золотыми усами, чтобы сверкал на солнце.
Перун.
Монах, который записывал это в летопись, спешит объяснить: бьют не потому, что дерево чувствует, а «на поругание бесу». Но следом он записывает то, чего не обязан был записывать. Что люди плакали. Он называет их неверными — и вписывает их слёзы.
Мне кажется, в этих слезах и есть вся история. Не в княжеских речах и не в греческих митрах. Начнём с начала — за восемь лет до этого дня.
✦ ✦ ✦
Холм
980 год. Владимир только что взял Киев. Взял кровью — заманил на переговоры родного брата Ярополка и убил. Земля под ним шаткая: у каждого племени свои Боги, и ничто не держит их вместе.
И князь делает то, чего до него не делал никто.
За своим теремным двором, на холме, он ставит шесть кумиров сразу. Перуна — первого, богаче всех, с серебром и золотом. Рядом Хорса и Дажьбога, два солнца. Стрибога, чьи внуки — ветры. Симаргла, крылатого пса из степных сказаний. И Мокошь — единственную женщину, Богиню прях.
Это не храм. Это собрание. Владимир собрал Русь из племён — и собрал их Богов на одном холме, под своей рукой. Приезжай хоть из полян, хоть из северян, хоть из степи: твой Бог здесь, рядом с князем. Значит, и ты рядом с князем.
Ход умный. Даже гениальный. Он провалился за восемь лет.
✦ ✦ ✦
Жребий
Летом 983-го Владимир вернулся из удачного похода. По обычаю следовало отблагодарить Богов. Старцы и бояре бросили жребий: кого принести в жертву.
Жребий пал на мальчика. Сына варяга, жившего в Киеве. Варяг был христианином.
Пришли к дому. Отец вышел на крыльцо и сказал то, чего нельзя было говорить: ваши Боги — дерево. Сегодня стоит, завтра сгниёт. Не едят, не пьют, не говорят. Сына не отдам.
Толпа разнесла дом и убила обоих. Церковь потом назовёт их первыми мучениками Руси, а на месте дома Владимир построит Десятинную церковь. Тот же Владимир, который в 983-м этой толпе не мешал.
Запомните этот дом. Через пять лет князь утопит Бога, ради которого его сожгли.
✦ ✦ ✦
Невеста
Я не буду разбирать здесь политику — впереди целая серия о Богах, а не о князьях. Скажу главное.
Владимир хотел войти в семью императоров. А император в Царьграде не выдаст сестру за язычника, даже если тот стоит с войском под стенами Корсуни. Владимир взял Корсунь, потребовал багрянородную Анну — и получил её в обмен на крещение.
Боги на холме были ценой невесты. Так уже случалось — мы говорили об этом, когда писали о зороастризме и о последних храмах Египта. Старая вера почти никогда не проигрывает спор. Она проигрывает свадьбу.
✦ ✦ ✦
Казнь
Вернувшись из Корсуни крещёным, Владимир велел ниспровергнуть кумиров. Одних изрубили. Других сожгли. Хорс, Дажьбог, Стрибог, Симаргл, Мокошь исчезли с холма за один день, и летопись не тратит на них ни слова.
Только с Перуном обошлись иначе. Ему устроили казнь — настоящую, как человеку. Конь, хвост, спуск, двенадцать палок, плач. Вы уже видели это в начале.
Внизу Его столкнули в Днепр. И Владимир отдал приказ, от которого до сих пор мороз по коже:
«Если пристанет где к берегу — отталкивайте Его. Пока не пройдёт пороги. И тогда оставьте».
Понимаете, что это значит? Днепровские пороги — это далеко за Киевом, много дней пути по воде. И всё это расстояние люди шли берегом с шестами и отталкивали Бога от земли. Не давали Ему выйти. Чтобы никто, ни одна деревня по пути, не смогла вытащить Его и поставить у себя.
Князь боялся не дерева. Князь боялся, что Бога подберут.
✦ ✦ ✦
Отмель
За порогами шесты кончились — приказ был до порогов. И там, где Его наконец оставили в покое, ветер вынес Перуна на песчаную косу.
Место запомнили. Летописец пишет: «и оттоле прослыла Перунья рень, как и до сего дня зовётся». До сего дня — это двести лет спустя, когда он это записывал. Перунова отмель.
Его тащили, били, топили, гнали шестами от каждого берега. И Он всё-таки выплыл. Не там, где хотел князь. Но выплыл.
✦ ✦ ✦
Что было дальше
На следующий день Владимир велел всем киевлянам идти к Днепру: кто не придёт — тот противник князю. Пришли. Стояли в воде, одни по шею, другие по грудь, дети у берега, взрослые с младенцами на руках. Священники читали с берега. Летопись говорит: шли с радостью.
Та же летопись двумя строками раньше говорила о плаче над Перуном. Оба свидетельства правдивы. Так всегда бывает, когда народу меняют небо.
А на холме, где стояли кумиры, князь поставил церковь святого Василия — своё крещёное имя. Накрыл место старых Богов новым, чтобы не вернулись.
Они вернулись. Все.
Перун ушёл в грозу — и через двести лет русские люди крестились на гром и говорили: Илья по небу едет. Ни одна церковная книга не сажала пророка на гремящую колесницу и не отправляла бить чертей молнией. Это Перун привёз с собой колесницу.
Велес — а Его на холме не было, Его кумир стоял ниже, на торговом Подоле — спрятался за Николой и святым Власием. И крестьянки ещё в двадцатом веке, при колхозах, оставляли в поле последний пучок колосьев, завязанный узлом, и звали это «Велесу на бородку».
Мокошь стала Пятницей. Не святой Параскевой — самой пятницей, днём, когда нельзя прясть, потому что «запылишь Ей глаза». Ей бросали в колодец клубок шерсти и говорили: «Пятнице на рубашку».
О каждом — отдельная статья. Кто Он, каким был, что Ему приносили, как к Нему обращались и где Он живёт сейчас. Потому что живёт Он совсем рядом.
✦ ✦ ✦
Одно слово на прощание
Языческую жертву на Руси не называли жертвой — это слово пришло с греческими книгами. Своё слово было другое. Треба.
И смысл у него не тот, что Вы, возможно, думаете. Треба — не плата Богу и не откуп. Треба — это разделённая трапеза. Хлеб, положенный на пень, ест не Бог. Его едят вдвоём — Бог и тот, кто принёс. Пиво, вылитое в огонь, пьют вдвоём. Кашу, поставленную на стол «для невидимых», ставят как для гостя, а не как дань.
С Богами делили жизнь. Им не платили.
А теперь вспомните, как в церкви называют крестины, отпевание, молебен, освящение квартиры. Требы. Священник «совершает требы». Тысячу лет спустя.
Перуна утопили. Слово выплыло.
Следующая статья — о Нём. О Боге с золотыми усами, которому у дуба на острове Хортица приносили живых петухов и втыкали стрелы в землю, который до сих пор каждое лето гремит по небу под чужим именем — и которого в Новгороде тоже топили, только там Он ответил.
Ваш Михаил Вяземский / Оккультный Советник
✦ ✦ ✦
Друзья ❤️, подписывайтесь на канал, чтобы мы встречались чаще. Ставьте лайки 👍 для обмена энергиями и оставляйте комментарии! 😍
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.
